Русские фамилии в большинстве случаев пишутся также, как и слышатся. Небольшие различия в таких буквах, как а/о и е/и, обычно не приводят к трудностям в написании фамилии, например, в официальных учреждениях. А вот в Америке с фамилиями дело обстоит совершенно иначе, впрочем, как и во всех англосаксонских странах. Ведь для них характерно такое понятие, как “спеллинг”, то есть существенное различие между написанием и произношением, как фамилий, так и любых слов. Иными словами, американца по фамилии Farnheim нельзя назвать Фарнхайм, то есть произнести также, как пишется эта фамилия. Правильным произношением в данном случае будет Фарнэм, на что вам непременно укажет владелец, в случае вашей ошибки.
Особенно трудно приходится людям с трудными, даже на русском языке, фамилиями. Основанием для такого вывода послужила история пенсионерки Нинели Царшинской, которая живёт в Америке. Она столкнулась с проблемой при попытке предоставить все необходимые документы для получения пенсии в аналог нашего российского собеса. Работников этого управления смутил тот факт, что женщина указывала своё имя различными способами в некоторых документах. В одних она была Nelly, в других - Ninel, а в третьих и вовсе Nelia. Метаморфозы, конечно же, отразились и на фамилии, которая имела значительно больше вариантов написания. Теперь Нинели придётся вложить немало усилий и времени для того, чтобы распутать сложившуюся ситуацию. Конечно, зная особенности американского подхода, Нинель Царшинская не совершила бы такой ошибки, но, как говорится, незнание закона не освобождает от ответственности. Фамилия - не имя. Она должна неизменяемой переходить из поколения в поколение. Фамилию нельзя самовольно сократить или видоизменить даже в неофициальной беседе, как, например, имя, когда можно назвать себя Рита вместо Маргарита, Мара вместо Тамара, Мила вместо Людмила и так далее. Изменить официально родовое свое прозвание (прозвище, наименование, прозвание и т.д. - так по-разному называются фамилии) везде непросто, и Россия, и США - не исключения. С этим везде надо идти в суд, а после присвоения такому-то лицу нового наименования надо срочно оповестить все инстанции и учреждения, где он значился под своей старой фамилией и, возможно (если тоже менял), именем. Для всей процедуры требуется масса документов, свидетелей, письменных и устных объяснений, почему вас смущает прежняя фамилия и вы хотите “эту” переменить на “ту”.
В любой стране можно найти множество лиц, желающих изменить фамилию. В США через это испокон веку проходили иммигранты. Еще в начале века эта процедура происходила на острове Эллис Айленд, пропускном пункте для лиц, прибывающих со всего света в Америку, где их имена и фамилии подвергались “американизации” в эмиграционном управлении, лишь только будущие граждане сходили на берег. Так, Михаил и Анна Степановы, называющие себя русскими (этнически), записывались, как Майкл и Энн Степ, Самуил и Рахиль Матковские, супруги еврейского происхождения с Украины, начинали именоваться Сэм и Рэйчел Мэтт, словены Божидар и Мария Пиплак стали Биллом и Мэри Пайп и так далее.
Процедура американизации национального имени не была обязательной, но в новом иноязычном обществе это было очень удобно. В дальнейшем потомки этих новоприбывших уже носили новые имена.
Ну а как же с теми, кто не захотел расстаться со своим исконным прозванием и рискнул оставить его в чужой стране?
“Разве можно жить с фамилией Фердыщенко?” - восклицает один из героев Достоевского. “Еще как можно! - спокойно отвечу я, - а вот вы поживите с фамилией… Твоюмать”. Подобную фамилию я встречала два раза: один раз - на родине, другой раз - здесь, в США. Тот, кто носил ее в России, рассказал мне, что изначально перед Твоюмать стояло и известное слово из двух букв, но в 30-х годах он убрал их в официальном порядке, а остальное оставил, руководствуясь тем, что фамилия его исключительно оригинальна.
А вот здесь, в Нью-Йорке, в начале 50-х годов, когда повалила из Европы вторая волна русскоязычной эмиграции, некто Петр Сидорович Твоюмать сначала при въезде переделал себя в “мистер Твом” (Twom), но дети его, когда выросли (а звали их уже по-новому - Мария - Мэри, Прасковья - Пегги и Сидор - Сид), возродили свою родословную через суд и пишутся сейчас Твоюмать (Tvoiumat), так же, как и некоторые эмигранты-украинцы - Порубейсмех, Пердикляч, Неешьсала, Нетудыхата и другие. Ведь американцам смысл этих смешных словосочетаний ни о чем не говорит. Так, знакомый многим Иван Семенович Гнида, представитель баптистской общины Украины в Ашфорде, штат Коннектикут, прошел всю жизнь со своей фамилией с полным достоинством.
Уже более двух лет я работаю с метрическими книгами разных районов. Довелось мне поработать с документами Свято-Троицкой церкви Кизеловского завода. Вот какие получились наблюдения. Приход был достаточно большим. В начале 20 века там фиксировалось более 700 крещений, 200 бракосочетаний.
Основные прихожане местные мастеровые и крестьяне. Также много было приезжих людей из разных мест. Большинство из близлежащей Вятской губернии и разных уездов Пермской губернии. Встречаются крестьяне и мещане (жители города) из Казанской, Гродненской, Оренбургской, Уфимской, Калужской, Витебской, Новгородской, Костромской, Вологодской, Лифляндской, Минской, Иркутской, г.Таганрога, Курская, Архангельская, Ярославской, Бессарабской, Тургайской области, Тамбовской, Саратовской, Тобольской, Симбирской губерний, то есть фактически со всей Российской Империи.
Оставили свои имена в метрических книгах купцы, дворяне, чиновники, иностранные подданные. 21 января 1887 года на бракосочетании крестьянина Пермского уезда Курашимской волости Иакова Адрианова Метелкина и города Перми мещанской дочери девицы Ирины Павловой Пановой присутствовали Дворянин, Коллежский Регистратор Анатолий Владимиров Иванов, Учитель Кизеловского мужского училища, студент семинарии Николай Константинов Соловин, Пермский мещанин Александр Павлов Панов и потомственный почетный гражданин Аглоис Иванов Быстреляный.
В 1894 году крестными у ребенка горного инженера титулярного советника Иакова Андреева Полянского были горный инженер коллежский ассесор Василий Николаев Грамматчиков и статского советника Александра Иоаннова Безбородова жена Надежда Афанасьева.
В 1895 году умер в возрасте 49 лет Заштатного города Дедюхина Соликамского уезда купец 2й гильдии Иоанн Иаковлев Звягин от катарра желудка.
В 1914 году в Кизеле всей семьей побывал губернский секретарь Константин Максимилианов Зауэр. Здесь у него родился сын Борис.
Среди служащих встречаются: инженер-электротехник, старший врач Кизеловского горного округа, помощник начальника разъезда № 101, начальник станции Кизел Уральской железной дороги и его помощник, вахмистр и унтер-офицеры Пермского отделения Екатеринбургского полицейского жандармского управления железных дорог, исполняющий должность начальника Кизеловского почтового отделения, Губахинской больницы фельдшер. По этим записям можно сделать вывод, что завод Кизел был достаточно важным в истории Пермского края.
Даже фамилия Гитлер встретилась на страницах книг. Прусский подданный города Бреславля Роберт Карлов Гитлер в 1887 году был крестным у сына мещанина Владимирской губернии города Шуйска Сергия Васильева Васильева.
Были найдены факты перехода в православие из старообрядчества, лютеранского вероисповедания, а также из язычества китайских и корейских подданных. Так китайский подданный Чанцю становился Николаем Павловым Сысоевым, венчался с русской девушкой и у них появлялись дети. В 1916 и 1917 году зафиксировано несколько таких браков и рождений детей. Интересно было бы найти потомков этих семей в наши дни.
Отдельный интерес представляет статистика умерших. Так в 1891 и 1892 годах от тифа разных родов умерло более 60 мужчин и женщин за каждый год. В 1893 году 25 человек. В 1894 году всего пятеро.
В 1915 году поездом было зарезано 3 мужчины, умерло от увечья 4 мужчины, самоотравления 2 мужчины, убито 2 мужчины, от тифа 4 человека, цинги 2 человека.
В 1916 году от ожога 4 человека, тифа 1 мужчина, цинги 2 мужчины, от увечья в горе 6 мужчин, утонул 1 мужчина.
В книгах 1916 и 1917 годов много умерших мужчин в возрасте от 20 до 40 лет. В основном это были военнопленные и арестанты. Только со 2 по 20 февраля умерло более 20 человек. Военнопленные были германского, австрийского подданства, римско-католического и православного вероисповедания. Запись о смерти делалась на основании отношения врача Кизеловской больницы. Ссыльно-каторжные арестанты были крестьянами, мещанами разных губерний Российской империи. Записи об их смерти делались на основании отношения господина начальника Кизеловского арестантского рабочего отряда Пермского исправительного отделения. Основными причинами смерти указывались сыпной тиф, чахотка.
Так со страниц старых книг нам приоткрывается история завода Кизел, связанная непосредственно с именами тех, кто жил на заводе и посещал его. Хотя записи о рождении, браке, смерти мало доносят до нас биографической информации о человеке, но они значительно расширяют наши знания прошлого.